Дудь, Колыма, Жжёнов

Дудь, Колыма, Жжёнов.

Запомни: давят на эмоции = дурачат, вводят в заблуждение.

«Невинно репрессированный» ? Покажите уголовное дело.

Запись опубликована в рубрике Видео. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

1 комментарий: Дудь, Колыма, Жжёнов

  1. dm говорит:

    https://www.facebook.com/vvorojtsov/posts/2373083789397307

    Ворожцов Владимир

    Как же коварны и опасны бывают архивы!
    Особенно для тех, кто чрезмерно самоуверен.

    При обсуждении «творений» ряда «историков» в очередной раз стали появляться сетования на то, что кому то очень не хватает архивов.

    Оказывается не только в рассказах анонимных «дедушек», которые якобы живописуют отдельным блогерам, что все было не так, как написано в исторических документах, но и в архивах содержится правда жизни.

    Мне в этом контексте неожиданно вспомнилась одна ситуация.

    Начиналась она почти что по мотивам романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита».

    «Четырнадцатого числа весеннего месяца нисан» (а точнее 14 марта 1992 года) «под высокую анфиладу Иродова дворца» (а точнее знаменитого здания КГБ СССР на Лубянской площади) «в белом плаще с кровавым подбоем» (а точнее в невиданных тогда в России туфлях и стильном плаще с эффектнейшим меховым подбоем) «шаркающей походкой кавалериста» (а точнее шаркающей походкой старой диссидентки) … вошла известнейшая тогда немолодая дама.

    Не обратив никакого внимания не только на прапорщика у входных дверей, но и на учтивого капитана, сопровождавшего ее к легендарному кабинету, она лишь высокомерно кивнула двум представителям ведомства, вежливо встречавших ее у входа.

    Только здесь, расставшись, наконец, с шикарным плащем (оказалось что из уникального меха был выполнен весь его подклад) и водрузив его на раритетную вешалку, она брезгливо оглянула помещение.

    — Борис Николаевич лично приказал вашему министру ознакомить меня с делом моего отца!

    — Да, мы в курсе.

    — Дело здесь?

    — Да, конечно.

    — Предупреждаю! Что бы никаких ваших подлостей! Знаю я ваши гэбэшные штучки! Что бы никаких заклеенных страниц! Что бы ВСЕ дело было в наличии полностью!

    — Да, конечно. Пожалуйста.

    — Вы что так и будете все время сидеть смотреть?

    — Дело имеет гриф секретно. Мы обязаны присутствовать.

    Дама надменно хмыкнула.

    Не смотря на всю ее волю и особенности характера, все равно чувствовалось волнение, когда она открыла довольно толстую папку из зеленовато-коричневого картона, за годы уже изрядно пожелтевшего.

    Хотя у ее матери по жизни было еще два мужа, для нее этот человек был тот самый — первый и настоящий.
    Родной.

    Женщина не отрываясь и почти не двигаясь читала материалы дела три с половиной часа.
    Почти не шевелясь.

    В конце ее лицо фактически окаменело.

    Особенно надолго она замерла на одним из разделов.

    В нем были аккуратно подшиты написанные рукой ее отца 229 (!) доносов на других людей.

    Точнее 222 до ареста и 7 написаны написаны уже дополнительно во время ареста.

    Собственно говоря ее отцу и вменялось нанесение ущерба советской власти и вредительская деятельность путем фабрикации заведомо ложных доносов.
    В том числе и кОрыстной целью.

    Причем по меньшей мере три или пять человек, упомянутых в этих доносах, были прямыми родственниками нескольких ближайших сподвижников этой женщины по диссидентскому движению.

    На жесткую, волевую, не терпящую малейших возражений женщину было нелегко смотреть…

    — Вы закончили ознакомление с делом?
    — Да.
    — Распишитесь, пожалуйста, в карточке: подпись, расшифровка подписи, дата, время.

    Заполнив карточку, женщина очень медленно встала из-за стола:
    — Что вы делаете с этими материалами?

    Сотрудник, закрывая папку, повернул ее посетительнице:
    — Вы видите этот штамп?

    В правом верхнем углу красовался прямоугольный штамп «ХРАНИТЬ ВЕЧНО».

    — Согласно Закона — «Хранить вечно». В случае необходимости полностью или некоторые разделы после рассекречивания можно опубликовать.

    Посетительница с совершенно изменившимся лицом сделала несколько шагов и остановилась.

    Только сейчас она осознала, что обладая ТАКИМ компроматом не ее семью, спецслужбы его НИ РАЗУ НЕ ИСПОЛЬЗОВАЛИ!

    — Я всегда была уверена в необходимости существования вашей очень важной для государства организации. — Неожиданно сказала она и не забыла попрощаться.

    Действительно, далее, до конца своей жизни она ни разу не упоминала и не критиковала «организацию».

    Коварная вещь архивы. И опасная…

    В заключение: что бы при обсуждении не возникало вопросов — кто эта женщина, прошу рассматривать данный материал как некое литературно-художественное произведение.

    Комментарии

    Сергей Манойлов Уже читал подобное. Интересно что за дама? )

    Юрий Каргаполов совсем не интересно…

    Никита Соловьев по мне, так это собирательный образ всех диссидентов.

    Игорь Яновский дочь офицера, киборг-диссиднт

Комментарии запрещены.